Русские фигуристы Юлия Артемьева и Алексей Брюханов сегодня — одна из главных опор парного катания в России. Они вместе выходят на старт, вместе живут, вместе строят планы на будущее. Их дуэт появился не случайно, но многое в этой истории — про риск, интуицию и один телефонный звонок: «Узнала, что Лёша свободен — и позвонила».
Пара, которая стала одним из главных активов российского парного катания
После отстранения российских спортсменов от международных стартов в стране заметно сократилось количество зрелых спортивных пар топ-уровня. На этом фоне союз Юлии Артемьевой и Алексея Брюханова, тренирующихся в Перми у Павла Слюсаренко, стал особенно ценным.
В прошедшем сезоне они стабильно держались в числе лидеров: заняли четвёртое место и на чемпионате России, и в финале серии Гран-при, а на остальных турнирах практически всегда оказывались в числе призёров. Это не только результат, но и заявка на долгую карьеру на вершине российского фигурного катания.
«Три дня в Перми — и я понял, что это серьёзно»
История их пары началась около четырёх лет назад.
Алексей вспоминает:
— Юля позвонила мне, когда я ещё катался в группе Нины Мозер с Полиной Костюкович. Это был конец сезона. Я приехал в Пермь в апреле, мы три дня пробовали кататься вместе: прокрутили элементы, поделали выбросы — сначала на полу, потом на льду. После этого я уехал, долго всё взвешивал, и уже в мае окончательно переехал в Пермь. С этого момента мы и стали настоящей парой на льду.
Решение о переезде для него было не импульсом, а осознанным шагом: смена партнёрши, тренерской школы, города. Но именно эта смена курса и стала поворотной точкой его карьеры.
«Узнала, что Лёша свободен — и решила действовать»
Юля рассказывает, что толчком стал простой факт — освободившийся партнёр:
— До меня дошло, что Лёша теперь без пары, и я подумала: «А почему бы не попробовать?» Через знакомых парников нашла его контакт. Долго сомневалась, ведь такие вопросы не решаются перепиской. В итоге сначала написала: «Можно вам позвонить?» И уже потом, по телефону, обсудили детали.
Этот звонок стал началом не только спортивного союза, но и жизненного пути, который они теперь проходят вместе.
Опыт работы с Тамарой Москвиной
В один из сезонов Артемьева и Брюханов почти не выступали на соревнованиях, однако это время не прошло впустую.
Алексей вспоминает:
— Никто и не скрывал, что в тот год, когда мы пропускали старты, Тамара Николаевна Москвина разрешила нам какое-то время тренироваться у неё. Мы провели у неё около месяца, освежили в памяти все элементы, почувствовали иной подход. Но мыслей о полном переходе в другую группу не было.
Опыт работы с легендарным тренером добавил им уверенности: они увидели, как строится подготовка в другой школе, и привезли в Пермь новые технические и хореографические акценты.
От партнёров на льду к паре в жизни
Роман между ними не возник мгновенно. Сначала была исключительно рабочая история.
Алексей говорит:
— Сначала мы были только спортивной парой. Потребовался примерно год, чтобы мы начали встречаться.
Юля добавляет, что этот переход был постепенным: через доверие на тренировках, совместные поездки на сборы и соревнования, постоянное общение вне льда.
«Тренировка — это тренировка, дом — это дом»
Сочетать совместную жизнь и постоянное партнёрство в спорте непросто. Они признаются, что поначалу не умели разделять работу и личное:
Алексей:
— Мы довольно долго учились не смешивать тренировки и дом. Сейчас нашли ту самую грань, но к этому пришли только недавно. До этого бывало всякое: эмоции, срывы, недопонимание.
Юлия:
— Раньше всё, что происходило на льду, автоматически перетекало домой. Какие-то недовольства, неудачные тренировки — всё это приносилось с собой. Могли обижаться, замолкать. Пришлось буквально переосмыслить, какие факторы могут разрушать отношения, и научиться их останавливать.
Максимальный рекорд их «молчаливой войны», по словам Юли, — всего два часа:
— Дольше мы не выдерживаем. (Смеётся.)
Отпуск без моря и мечта о Минске
Несмотря на плотный график, отдых у них всегда совместный:
Юлия:
— Мы оба не фанаты моря и пляжей. Нам гораздо интереснее гулять по городу, смотреть архитектуру, атмосферу, какие-то интересные места.
Алексей:
— Иногда выбираемся в Санкт-Петербург — у Юли там ещё есть дела по университету. Очень хотим съездить на неделю в Минск, просто сменить обстановку, перезагрузиться.
Для спортсменов, привыкших к чёткому режиму, смена города и климата становится не просто отпуском, а способом перезагрузить голову и выйти из привычного тренировочного конвейера.
«Наш идеальный вечер — без катка и без суеты»
В быту они стараются не превращать дом в продолжение спортивной базы:
Алексей:
— Идеальный вечер? Вернуться после тренировки, поужинать, включить сериал. Мы любим также поиграть — но не вместе. У каждого свои игры, и это помогает чуть-чуть разойтись по интересам и отдохнуть друг от друга.
Юлия:
— Иногда просто сидим и разговариваем, обсуждаем всё, кроме фигурного катания. Нужно уметь хотя бы на пару часов отключаться от мысли о прокатах, элементах, оценках.
Пермь: город, который они видят из окна машины до катка
Жизнь в Перми у них во многом подчинена тренировкам:
Юлия:
— Честно говоря, сам город мы видим не так много. Живём в десяти минутах ходьбы от катка, и основное пространство нашей жизни — ледовый дворец, дом и дорога между ними.
Алексей:
— В свободное время — бытовые дела, учёба. Если есть силы, можем выбраться в кино, пройтись по торговому центру, сходить в кафе или ресторан. Я, кстати, могу посоветовать пару хороших мест. (Смеётся.)
При этом они подчёркивают, что именно пермская группа дала им ощущение стабильности и дома: понятные тренеры, выстроенный режим и своя команда.
Новые правила: упрощение или новый уровень сложности?
После реформ в правилах фигурного катания многие заговорили о тенденции к упрощению и большему вниманию к компонентам. Артемьева и Брюханов смотрят на изменения позитивно.
Алексей:
— В этом есть своя логика. Нам изменения нравятся. Элементы теперь должны быть органичнее вписаны в программы, а не просто идти набором «галочек». Появляется прямая связь между образом, музыкой и техническим наполнением.
Если говорить о прыжках, новые правила, по его мнению, должны добавить вариативности:
— Раньше складывалось ощущение, что все делают одно и то же. Теперь кто-то рискнёт, а кто-то сделает ставку на качество и чистоту. Это разнообразит стартовые списки и сделает прокаты менее похожими друг на друга.
Технический выбор: на что будут ставить Артемьева и Брюханов
Юля чётко формулирует, что менять им в корне свою стратегию не планируется:
— В любом случае у нас в программах останутся два тройных прыжка.
Алексей добавляет:
— Мы отрабатываем каскад сальхов — ойлер — сальхов. Смотрим по тому, как он стабилизируется, и от этого уже будем отталкиваться в соревновательной практике.
Им важно найти баланс между сложностью и надёжностью: в условиях высокой конкуренции внутри страны даже одна ошибка может стоить подиума.
Конкуренция в группе: стимул, а не давление
В группе Павла Слюсаренко тренируются несколько сильных пар, и борьба за внимание тренеров и место в составе — часть повседневности.
Юлия:
— Мы стараемся в первую очередь смотреть на себя. Цель — не сравнивать каждый день себя с другими, а становиться лучше относительно собственных вчерашних прокатов.
Алексей:
— У каждой пары в группе есть свои задачи, свои нюансы. Работа настолько плотная, что банально «некогда» переключать внимание на чужие дорожки и элементы. Конечно, мы видим, кто как катается, но это не должно съедать голову.
Мечта, которая всё ещё впереди
У каждого спортсмена есть главная цель. Для Юлии и Алексея она напрямую связана с возвращением на международную арену:
Юлия:
— Мы оба уже выступали на международных турнирах раньше, но по разным партнёрствам. А теперь хотим пройти этот путь вместе — выйти на старт под одной фамилией в протоколе, показать себя на уровне мира и Европы.
Пока же основная задача — накапливать опыт, улучшать контент и быть максимально готовыми к любому сценарию, когда двери международных стартов откроются.
Чьи прокаты пересматривают сами фигуристы
Кумиров, как признаются Артемьева и Брюханов, у них нет, но есть программы, которые каждый раз вызывают мурашки.
Алексей:
— Мы любим пересматривать отдельные прокаты. Например, произвольные программы Алены Савченко и Бруно Массо, а также Рику Миуры и Рюити Кихары на тех Олимпиадах, где они побеждали. Это эталоны сочетания техники и эмоций.
Он отмечает и недавние выступления в одиночном катании:
— Очень сильным был прокат Ильи Малинина в финале Гран-при в прошлом сезоне. Такие вещи заряжают, заставляют по-новому смотреть на предел человеческих возможностей в спорте.
В чём сила пермской школы Павла Слюсаренко
Юля уверена, что их успех — результат слаженной работы всей команды:
— Сила нашей группы — в постоянном диалоге тренеров и спортсменов. Нас действительно слушают, мы обсуждаем, пробуем, ищем варианты.
Алексей поясняет, что главным преимуществом считает индивидуальный подход:
— Каждой паре тренеры объясняют одно и то же по-разному. То, что идеально подходит одним, может совершенно не работать у других — и это у нас учитывают. С нами говорят на нашем языке, подбирают свои ключи.
Такой подход позволяет не загонять всех в одну схему и раскрывать сильные стороны каждого дуэта.
Психология парного катания: доверие, риск и ответственность
Парное катание требует от спортсменов особого типа отношений. Выбросы, поддержки, сложные спирали — всё это невозможно без полного доверия. Артемьева и Брюханов подчёркивают, что психологическая составляющая нередко важнее «чистой физики».
Юлия признаётся, что устойчивое доверие формируется годами:
— Вначале ты всё равно контролируешь каждый момент — где рука, как партнёр держит, как страхует. Со временем это уходит на второй план, и остаётся ощущение, что вы одно целое.
Алексей говорит о другой стороне:
— На мужчине огромная ответственность — за безопасность. Особенно на выбросах. Ты не имеешь права выключиться ни на секунду. Это накладывает отпечаток и на характер, и на отношение к жизни.
Как они переживают неудачи и ошибки
За любым успешным сезоном стоит ряд провалов, срывов и тяжёлых тренировок. Артемьева и Брюханов не скрывают, что поражения переживают остро, но стараются использовать их как ресурс.
Юлия:
— Когда прокат не получается, первое желание — закрыться и ни с кем не общаться. Но мы уже научились относиться к этому как к материалу для анализа. Сначала эмоции, потом разбор по шагам.
Алексей добавляет:
— Важно понимать, что ошибка не определяет тебя как спортсмена и как человека. Это момент. В парном катании особенно: один промах — и уже совсем другие баллы. Наша задача — сделать так, чтобы эти промахи не повторялись системно.
Баланс между фигурным катанием и учёбой
Помимо спорта, у Юли идёт обучение в университете, и это ещё один слой нагрузки.
Юлия:
— Учёба добавляет забот, но и помогает отвлечься. Когда весь день крутится вокруг льда, рано или поздно начинаешь выгорать. Лекции, сессии, диплом — это другой мир, в котором я могу быть не только фигуристкой.
Алексей поддерживает её в этом: они вместе составляют расписание, чтобы совмещать сборы, старты и зачётную сессию без лишнего стресса.
Чего они хотят от будущего
В ближайшей перспективе для них важны стабильность и рост: добавить надёжности в технический контент, усилить компоненты, выстроить ещё более цельные программы.
В более отдалённом будущем мечты масштабнее:
— Хочется, чтобы о наших прокатах говорили не только как о наборе элементов, а как о выступлениях, которые запомнились, — говорит Юля. — Чтобы у тех, кто нас смотрит, возникало то самое желание пересматривать, как у нас с любимыми программами других пар.
Алексей подводит:
— Мы хотим дожить до того момента, когда сможем выйти на международный лёд и понять: этот путь — от первого звонка до больших стартов — был не зря.
И пока окна большого спорта для российских фигуристов приоткрыты лишь частично, Артемьева и Брюханов продолжают каждый день приходить на каток в Перми, оттачивать выбросы, каскады и поддержки, строя своё будущее — и на льду, и в жизни — шаг за шагом, прокат за прокатом.